«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта


  

  

  
Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?

«Любимец» Гизы: Нагиб Канавати и документация древних гробниц


В руках у Нагиба Канавати —
многометровые факсимильные
прорисовки древних рельефов,
которые отражают каждую
черточку оригинала
  

Профессор Нагиб Канавати, директор Австралийского Центра Египтологии в университете Макуэри в последние два года посвятил большое количество времени переписыванию и интерпретации невероятно запутанных сцен и иероглифических текстов, изображенных на стенах гробниц некрополя в Гизе.

В начале 2000 года, Канавати, как обычно, отправился в ежегодную поездку в Египет. В Каире он посетил занимающего тогда пост руководителя управления Совета по древностям плато Гиза, д-ра Захи Хавасса (ныне занимающего пост главы Высшего Совета по древностям АРЕ). Нагиб считал, что визит его не принесет желаемых результатов — но все же попробовал спросить д-ра Хавасса, не позволит ли он поработать в некрополе Гизы. Но, по воле судеб, Захи Хавасс великодушно дал добро на проведение работ.

Некрополь Гизы — это обширный комплекс насчитывающий тысячи захоронений, который был разделен и раскопан немецкими, американскими и египетскими археологами еще в начале прошлого столетия. Вся глиняная посуда, статуи и мебель, которую древние египтяне, как считалось, брали с собой в загробную жизнь, с тех пор были рассеяны по всему миру. Однако, «настоящий бриллиант» — Гиза — осталась насыщенной богато украшенными захоронениями, донесшими до нас хронику жизни чиновников, священников и других высокопоставленных лиц Древнего Египта.

«Египетская цивилизация, в отличие от большинства других, оставила нам огромное количество исторических материалов, — говорит Канавати. — Когда я говорю о гробнице, люди думают, что я говорю о мрачном погребении, — но я говорю не просто о могиле, я говорю о дворцах, о «домах вечности», насчитывающих порой до 20 комнат, все стены которых красиво и познавательно расписаны. Гробницы несут в себе огромные кладези информации о жизни древних египтян и их окружении. Свадьба или похороны, животные или птицы, болезни или праздники — там можно узнать обо всем».

Египетские власти без колебаний разрешили задокументировать стены гробниц. Опасения правительства Египта понятны — нет гарантий относительно точности первоначальных отчетов о раскопках — что Канавати и доказал в первый же день проведения работ. «Немецкие археологи были лучшими, по этому мы и начали с германской секции, надеясь исключить третью часть некрополя» — говорит Канавати. — «Есть хорошие фотографии, хорошие рисунки, хорошие комментарии, сделанный немецким археологом Юнкером.

«В нашем распоряжении были его книги и копии всех его рисунков. Но, смотря на стены и сравнивая, я внезапно подумал «неужели я вижу тот же самый фрагмент?».

Я использовал документацию Юнкера все это время, полагая, что он неоспорима. Я всегда и все подкреплял этими данными. Для моих студентов это была, практически «библия египтологии». Я часто говорил: «Вы можете доверять кому угодно, но, единственное что не подлежит сомнениям и не нуждается в проверках — это работы Юнкера» — но это оказалось не совсем так.

Работы в Гизе продолжаются, Канавати возглавляет команду из восьми специалистов в разных областях египтологии — от керамиста до антрополога. На сегодняшний день сделана фиксация стен четырех гробниц из немецкой секции, одной из секции египетских археологов (документацию по которой Канавати называет невероятно бедной), и две не зафиксированные ранее, из американской секции. Работа команды еще далека от завершения. Ведь им предстоят точнейшая фиксация каждого рисунка, каждого иероглифа, отслеживая каждую линию и перенося все это на гигантские рулоны бумаги.


Несунечер, глава трех провинций Египта, изображен на стенах
своей гробницы в Гизе во время инспекционного плавания
  

«Древнеегипетские рельефы и росписи невероятно детализированы, — говорит Канавати. — Например, если вы перерисовываете птицу, каждый волосок, каждое перышко необходимо переносить с максимальной точностью — линия к линии, как на оригинале. Мужчины и женщины изображены в различных типах париков, и вы должны детально и точно воспроизвести каждый волосок этого парика. Иногда это изнуряет, ведь это очень рутинное занятие, стоя перед стеной, рисуя завитки волос один за другим. Иногда приходится рисовать сцены, на которых изображены 20, а то и 30 человек в ряд, несущие подношения хозяину гробницы. На каждом отличный от других парик. Заканчиваешь один, приступаешь ко второму, потом дальше, и дальше, и дальше — и кажется, этому не будет конца — иногда это похоже на наказание». Бывали случаи, что археологи от такой монотонной работы попросту засыпали на ходу. Канавати неумолим в поисках точности. «Если вы устали, выйдите и выпейте чашку кофе, — говорит он. — Но вы не имеете право, поместить даже один штрих в неправильное место. Если птица имеет определенное количество перьев в хвосте — это может оказаться важным фактом... Если вы не хотите делать этого — не делайте. Но если делаете — делайте это должным образом».

Каждый рисунок после завершения, для большей точности, сверяется с оригиналом другим эпиграфистом, после этого проверяется непосредственно Канавати, и только потом отправляется в университет, где рисунки фотографируются и в уменьшенной, цифровой форме повторно собираются для публикации.

«Вы должны быть чрезвычайно внимательны к тому, о чем «рассказывают» нам гробницы, искать параллели между каждым фрагментом текста, каждым названием, каждым именем и каждой сценой, каждым животным и каждой птицей, — говорит Канавати. — Как только вы начнете анализировать и сравнивать, вы поймете общество и культуру в целом — это может полностью изменять ваше восприятие».

Вот хороший пример того, как может изменяться наше знание древнеегипетского общества, скажем в области брака. Во многих гробницах их владельцы изображены в окружении множества жен, но, до недавнего времени, археологи полагали, что эти браки были последовательными, а не параллельными. «Нам хорошо известно, что фараон был многоженцем. Ученые говорят, что это было необходимо потому, что он должен был произвести детей — он все-таки был богом, — продолжает Канавати. — Но теперь мы постепенно замечаем, что все привилегии фараона перешли к его высокопоставленным чиновникам. Теперь я могу категорично заявить, что они также как и фараон, были многоженцами. Конечно, не все, но среди верхов это практиковалось особенно часто. В конце концов, содержание нескольких жен — удовольствие дорогое, так что, простые чиновники вряд ли могли себе это позволить».

Наследство Канавати в изучении Древнего Египта двойное. Во-первых, он расширяет наше знание путей развития, которыми двигалось древнеегипетское общество. «Я не хочу сократить историю до обычного списка фараонов и датировки их правления, — говорит Канавати. — История выходит далеко за эти пределы. История — это медицина и фармацевтика, архитектура и искусство, литература и химия, прогресс и технологии. Так что сейчас мы исследуем в погребениях не то, что имели обыкновение исследовать наши предшественники. Я пробую действительно освежить наши знания о египетской цивилизации». Второй результат — это то, что только он может передать ученым всего мира, учитывая его привилегированный доступ к некрополю Гизы. «То, что я делаю, дает им только точный отчет, надежный источник информации, — говорит Канавати. — Как египтологи распорядятся этим, это другой разговор. Люди могут не согласиться с моими интерпретациями, и они имеют на это полное право. Но я обязан дать им точный отчет, чтобы не дать им возможности найти неточности. После этого мы можем говорить, что мы сделали что-то хорошее для египтологии. И совсем не важно, что люди будут говорить о нас, и не важно — как они будут использовать наши книги и извлекут ли из них выгоду».

Email the researcher: naguib.kanawati@mq.edu.au
Visit the website: http://www.egyptology.mq.edu.au

© «Maquarie University News»
© Авторизованный перевод Владимир Ларченко

  
Назад в раздел новостей
    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013