«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта


  

  

  
Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?

Райнер Штадельманн: открытый взгляд в будущее


Райнер Штадельманн в Москве
на лекции «Колоссы Мемнона
и забытый храм в Ком эль-Хеттан»

Райнер Штадельманн — живая легенда египетской археологии, ученый, многие годы возглавлявший Германский Археологический Институт в Каире. Его руками был спасен заупокойный храм Сети I в Курне и расчищены пирамиды Дахшура, завершены блистательные раскопки на острове Элефантина; наконец, его перу принадлежат десятки книг и сотни статей, посвященных наследию эпохи фараонов, а в их числе — получившая всемирное признание книга о пирамидах Египта.

Удивительно обаятельный человек, д-р Штадельманн всегда полон энтузиазма, доброты, удивительного внутреннего и внешнего достоинства и готов вновь и вновь говорить о Египте, о пирамидах, о «добром царе» Снофру, памятники которого он продолжает спасать для грядущих поколений, наконец, о Колоссах Мемнона, своем последнем проекте, который, несмотря на давнюю любовь ученого к эпохе Древнего царства, вновь вернул его в Фивы.

После впечатляющей лекции об итогах реставрации Колоссов Мемнона, прочитанной в Москве по приглашению Ассоциации, Райнер Штадельманн любезно согласился ответить на наши вопросы. С его губ не сходила улыбка по-настоящему искреннего человека с богатейшим внутренним миром, а благодаря его словам мы вновь и вновь возвращались в Египет...


Колоссы Аменхотепа III в Ком эль-Хеттан, т. н. «Колоссы Мемнона»
  

— Райнер, у Вас за плечами огромный археологический опыт и десятки полевых сезонов. Вы можете назвать период египетской истории, памятники которого стали для Вас наиболее близкими?

— Конечно, я скажу: Древнее царство. Однако я работал на стольких памятниках Нового царства, потратил много времени на изучение Египта времени правления XVIII–XIX династий и, конечно, очень люблю и это время. Я люблю Карнак, я люблю Западные Фивы, где расположен заупокойный храм Сети I, где я проработал многие годы, ну и, конечно, я не представляю «своего Египта» без Колоссов Мемнона и храма Аменхотепа III. Однако время сооружения пирамид и некрополи Мемфиса все же ближе мне, я не променяю это ни на что.


Город Среднего
царства на острове
Элефантина

— Многие годы Вы были директором Германского Археологического Института в Каире. Какой проект, осуществленный под Вашим руководством Институтом, Вы считаете наиболее значимым по результатам работ?

— Когда мы возобновили работы после Нубийской кампании, первым действительно большим и серьезным проектом стало спасение острова Элефантина. Тогда работы были начаты еще моим предшественником, это был его выбор и, надо отметить, прекрасный выбор, потому что это было время, когда всех интересовали не только храмы или гробницы, но и города, где жили египтяне. Элефантина — интереснейший пограничный город Египта. Результаты работ оказались превосходны.


Храм богини
Сатет на острове
Элефантина.
XVIII династия

Это был лучший проект, однако скажу, что другие наши начинания были не менее важными; например, заупокойный храм Сети I в Курне или наши работы у подножия пирамид Дахшура дали египтологическому миру очень много.
  

— Райнер, когда началась «Дахшурская кампания»?


Пирамида Снофру
в Мейдуме. IV династия

— Мы начали работы уже в 1975 году, тогда еще у пирамид Среднего царства: нам тогда не разрешили продвигаться глубже в пустыню к пирамидам IV династии из-за расположенной неподалеку военной зоны. Мне, конечно, хотелось работать именно там, у пирамид Снофру; в 1980 мы наконец-то получили разрешение на работы у пирамид Древнего царства. Мы немедленно приступили к исследованиям, сделал разведку местности, и с 1982 года начали раскопки северной пирамиды Снофру.

Мы хотели, прежде всего, установить подлинные размеры пирамиды, найти углы ее основания, и, конечно же, исследовать припирамидный храм, который примыкает к пирамиде с восточной стороны.
  

— Помнится, однажды в египетской прессе Вас назвали «человеком Снофру». Какова была, на Ваш взгляд, архитектурная программа Снофру, создателя восхитительных памятников в Дахшуре, Мейдуме, Сейле...

— Бесспорно, Снофру был великим строителем. Он сделал много больше своего сына Хуфу, однако всегда в египетской традиции воспринимался как «благой царь», несмотря на кажущиеся огромными общественные работы, которыми ознаменовалось его время. Думаю, что его архитекторы стали авторами важнейших нововведений в развитии египетской архитектуры.

Если пирамида в Мейдуме сооружалась и была закончена все еще как ступенчатая пирамида, то его северная пирамида в Дахшуре стала истинной. На мой взгляд, это не было логическим развитием архитектурной мысли, это было интеллектуальным прорывом, одним из важнейших в египетской истории. Это была не пирамида из «земных» ступеней, но удивительное сооружение, которое было создано для того, чтобы царь смог достичь небес.


«Северная» пирамида Снофру в Дахшуре. IV династия
  

— Вы многие годы занимались исследованием тех элементов архитектуры Древнего царства, которые были заимствованы фараонами Нового царства при сооружении их собственных святилищ. Чем, на Ваш взгляд, привлек Рамсесов Египет эпохи пирамид?

— В эпоху Амарны Египет очень пострадал; были утрачены многие ценности и многие истины. Рамессидам пришлось восстанавливать страну, обновлять жизненные силы своего народа, наконец, создавать архитектурный стиль, который, отвечая новым целям и задачам, основывался на древней традиции. Эти истоки традиции мастерами Сети I были найдены в комплексе Снофру в Дахшуре и в комплексе пирамиды Джосера в Саккаре, в древних припирамидных святилищах и храмах.


Д-р Райнер Штадельманн и д-р Хуриг Сурузян —
одна из самых блистательных супружеских пар мировой египтологии

— Сети I был великим строителем. Каков был главный результат Ваших работ, когда Вы руководили восстановлением и реставрацией его заупокойного храма в Курне?

— Когда мы начали работы, храм был, как Вы знаете, в относительно хорошем состоянии. Это единственный храм, где сохранилась главная часть комплекса и святилища; в других храмах сохранились пилоны, открытые дворы; этим «дом Сети» очень значим и ценен. Когда я был еще студентом, увидел храм Сети и был потрясен тем, сколько мы можем узнать об истинной религиозной архитектуре Нового царства благодаря этому комплексу. Думаю, что исследование рельефов и надписей этого храма дает правильное понимание того, как функционировали царские заупокойные храмы западных Фив. Когда мы начали раскопки, нам посчастливилось найти церемониальный царский дворец, дворец, в котором царь никогда не жил, скорее модель дворца, в котором царь должен был жить в вечности и бесконечности. Позже мы нашли амбары и хранилища, перечни жертвенных даров и принципы их распределения.

Думаю, что такой заупокойный храм функционировал как средневековый монастырь в Европе; он был относительно независим, у него были свои поля, свой персонал, свое жречество и свои связи с царствующим домом.
  

— Ваш последний проект, получивший широкое признание в мире, был вновь посвящен царскому заупокойному храму. Начиная работы по спасению Колоссов Мемнона, ожидали ли Вы получить такие превосходные результаты, как, например, полихромная роспись, сохранившаяся на головных уборах цариц?

— Нет, это было поистине невероятным открытием; о существовании всего этого великолепия мы стали догадываться только после первых пробных расчисток. Работы было так много, что мы не успевали проживать все новые и новые открытия. Ведь цвет сохранился не только на уборах цариц: мы обнаружили фрагменты полихромной росписи на немесах — головных уборах колоссов, с удивлением открыли, что сохранилась подводка разбитых глаз статуй.
  

— Сколько времени понадобилось на реставрацию таких грандиозных памятников, как Колоссы Мемнона?

— Сначала это были только архитектурные исследования и документация. Мы хотели знать, что им угрожает и насколько велика эта угроза. Когда стало ясно, что падение им не угрожает, и они стоят относительно стабильно. Когда мы продолжили работы, то месяц потребовался лишь на детальнейшую подготовку к работам, в это время параллельно к работам готовилась моя супруга Хуриг Сурузян, тогда изучавшая скульптуру в расположенном неподалеку заупокойном храме Мернептаха.


Перед лекцией о Колоссах Мемнона: д-р Райнер Штадельманн
и известная египетская художница Галла Абдель Фаттах

Наши исследования начались со сбора и документации тех частей колоссов, которые упали на землю и которые мы со временем смогли установить на их изначальные места. Потом были сооружены леса и более двух месяцев мы очищали колоссы и консервировали их. Это была очень интересная и очень ответственная работа.
  

— Райнер, у Вас огромный археологический опыт, Вы сделали так много для Египта и его наследия. Какое место в Египте Вы порекомендуете Вашему другу посмотреть для того, чтобы понять Египет сердцем?

— Я порекомендую посетить два места. Первое — это Саккара, место, где все началось, место, куда более важное, нежели Гиза. Второе — это Луксор, Фивы, в которых Древний Египет живет до сих пор, вновь и вновь возрождаясь в сердцах тех, кто сюда приезжает.
  

— И заключительный вопрос. Скажите, пожалуйста, какой на Ваш взгляд должна быть идеальная команда, работающая на благо общей цели?

— Это должна быть команда энтузиастов, людей с открытым взглядом, готовых к сотрудничеству, уважающих друг друга, верящих в дружбу. Это невероятно важно, когда Вы работаете вместе месяцами, а то и годами. Дружба, это сегодня такое привычное слово, что о его сути многие забыли. Так вот, моя идеальная команда — это друзья с открытым взглядом в будущее, готовые к любой работе ради достижения достойной цели.

Владимир Ларченко

  
© Ассоциация по изучению Древнего Египта «МААТ»
© фото: «Миссия Колоссов Мемнона и храма в Ком эль-Хеттан»

  
Назад в раздел новостей
    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013