«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта


  

  

  
Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?

Юрий Макаренко: неравнодушие к прошлому


Юрий Макаренко с панелью саркофага эпохи Среднего царства - одним из раритетов своего собрания

Аногие десятилетия понятие «коллекция древностей», если речь шла о произведениях искусства Древнего Египта или Греции, связывалось исключительно с музейными собраниями. Почти забыто было то, что еще в начале XX века выдающиеся востоковеды приобретали за рубежом произведения искусства для того, чтобы привезти их в Россию. Имена Владимира Голенищева, Бориса Тураева, заложивших основы русской науки о Востоке и о Египте в частности, более ассоциируются с опубликованными научными трудами. А между тем, именно их многолетняя работа по поиску произведений древнего искусства, во многом подвижническая, позволила многим поколениям россиян познакомиться не понаслышке с эстетическим идеалом, созданным руками мастера на берегах Нила, Тигра и Евфрата тысячелетия тому назад. Позже, в советское время, когда даже для востоковедов путь на Восток был практически закрыт, их собрания, попавшие в залы и запасники музеев, стали для отечественной науки и интеллектуальной общественности подлинным спасением.

К счастью, за последние годы ситуация изменилась. Лучшее доказательство тому – «Архайос», одна из самых молодых антикварных галерей Москвы, с директором которой, историком Юрием Макаренко мы беседовали в окружении египетских погребальных масок, греческой керамики, коптских тканей и других свидетелей былого, окруженных заботой и истинной любовью не просто страстного коллекционера, но исследователя, потратившего многие годы на исследование прошлых веков. Порой не верилось, что все это происходило в Центральном Доме художника на Крымском валу, а не в музейных стенах.

— Юрий, скажите, пожалуйста, как произошло, что Вы заинтересовались археологией, и Ваша жизнь стала связана с предметами древности?

— Как и многие неравнодушные к прошлому люди, я с детства интересовался историей и археологией. Так получилось, что я долгое время жил в Крыму, в Керчи, сотрудничал с Малой Академией Наук, Крымским отделением, участвовал в раскопках. Собственно, это и были мои первые шаги в интереснейший и увлекательный мир древностей.

— Если посмотреть на Вашу великолепную коллекцию памятников, представленную в галерее, то видно, что она очень разнообразна: здесь и предметы археологии, и этнические памятники разных стран и эпох. Какие  направления, наиболее Вас интересуют?

— Да, Вы правы, в нашей галерее действительно нет какого-то одного направления, я стараюсь создать некий мир, пространство, где бы жило одновременно несколько исторических цивилизаций так, как это происходило в реальной истории. Это и Африка, и доколумбовая Америка, и Месопотамия, и Древняя Греция, и, безусловно, Египет.


Юрий Макаренко с фрагментами чехла мумии греко-римского времени,приобретенными на торгах "Кристи" в 2005 году.

— Юрий, Вы специализировались в основном на Древней Греции, а как получилось, что Вы увлеклись Египтом?

— Если говорить о Египте, то все началось с прочтения книги К. Керама «Боги, гробницы, ученые». На мой взгляд, тот, кто серьезно интересуется археологией, не может пройти мимо Египта. Естественно и для меня все это было интересно и любопытно. А буквально несколько лет назад я столкнулся с ситуацией, когда появилась возможность приобрести те вещи, которыми мы восторгаемся в музеях; коллекционирование предметов древности стало возможным.

— Интересно, а какой первый египетский предмет попал к Вам в руки, и как это произошло?

— Это было два года назад. Я приобрел сразу несколько вещей: бисерную маску и панель – фрагмент саркофага. Потом съездил в Лондон, на аукцион «Кристи», где в тот момент проходила распродажа нескольких коллекций, и там также приобрел пару предметов, в частности вотивную стелу с изображением Хатхор и Хора Бехдетского, выполненную из известняка в III-II вв. до н.э.

— То есть изначально Вы собирали вещи исключительно для своей собственной коллекции?

— Да, безусловно; однако, надо заметить, что мое коллекционирование было всегда очень динамичным. Дело в том, что после приобретения той или иной вещи, проходило время, и предмет становился либо мне не интересным, либо я хотел видеть в своем собрании более редкую и особенную вещь, поэтому я продавал и покупал что-то новое, тем самым, обновляя свое собрание. Время шло, старые вещи продавались, новые покупались, так возникла идея о создании галереи «Архайос».

— Юрий, насколько я знаю, Вашей галерее недавно исполнился год. Каково Ваше впечатление от первых месяцах работы.

— С удовольствием. В первую очередь – это огромное наслаждение лично для меня. Тесная работа с предметами, изучение их истории и символизма захватывает с каждым днем все больше и больше. Расширяется круг деловых знакомств, что, несомненно, обеспечивает хорошие перспективы на будущее. К сожалению, пока не очень большое число людей интересуется нашей деятельностью. Приходят люди, удивляются, спрашивают: «действительно ли это подлинник или же просто хорошая копия?» Дело в том, что в нашей стране собиратели еще не совсем готовы коллекционировать подобного рода предметы - это, на мой взгляд, связано с долгим запретом и отсутствием предложения на рынке памятников такого уровня. Однако, в последнее время эта возможность появилась, а вместе с ней и активировался спрос: коллекционеры начинают интересоваться этой темой и постепенно пополняют свои собрания предметами древности..

— Люди, которые приходят к Вам в галерею и что-то приобретают, чем они руководствуются?

— Это очень личный вопрос, в каждом отдельном случае все складывается по-своему; однако, я думаю, у них то же отношение, что и у меня. Они восхищаются искусством древнего мира, любят и чтят забытые в веках цивилизации, которые сохранили себя в тех малых вещах и предметах, на которые можно не только посмотреть, но и стать их обладателем. Люди приходят к нам и на их лицах нередко можно прочесть изумление, смешанное с восхищением: неужели этим вещам несколько тысячелетий? Обладание этими предметами искусства не только хорошее капиталовложение, но, что более важно, огромное удовольствие и возможность спасти произведение, толику великих культур древности от разрушения и уничтожения. Мы делаем все, чтобы эти памятники «прожили» как можно дольше, были изучены и, конечно же, попадали в надежные руки.

— Вы поддерживаете отношения с теми, кто у Вас приобрел вещи?

— По возможности, да. Не всегда это получается, но все-таки есть случаи, когда завязывается знакомство, и мы продолжаем общаться с человеком спустя время после его покупки, по-своему переживаем за памятник, который обрел новый дом.

— Юрий, чем вы руководствуетесь, когда приобретаете тот или иной предмет в коллекцию?

— Прежде всего, это ценность самого предмета и его привлекательность лично для меня. Когда я знаю, что вещь из хорошей и, что очень важно, легальной коллекции выставляется на торги, то стараюсь всегда ознакомиться и изучить ее. Повторю, очень важно происхождение объекта, его история. Наша галерея приобретает вещи абсолютно легальные, с хорошей «историей», которые, если говорить о Египте, были вывезены до 1983 года и имеют документальное подтверждение своего происхождения. Вот почему я веду дела исключительно с известными зарубежными галереями и аукционными домами.


Умерший в облике Анубиса, плывущего на ладье. Фрагмент росписи чехла мумии. 1 в. до н.э. - 1 в. н.э. Галерея "Архайос".

— Насколько Вы заинтересованы в изучении этих предметов?

— Именно на это уходит большая часть времени: весь рабочий день наши сотрудники изучают предмет за предметом, подбирают аналогии в собраниях известных музеях.

— То есть Вы идете к созданию полной базы данных коллекции с аналогиями и публикациями?

— Да, конечно. Это одна из главных наших целей.

— А что касается реставрации вещей?

— Мы часто стараемся спасти памятник, обеспечить ему консервацию и максимальную защиту от внешней среды, однако, как галерист, я стараюсь конечно приобретать предметы, изначально находящиеся в хорошем состоянии,.

— Из вашей личной практики, с какими аукционами Вы предпочитаете работать?

— Вы знаете, мне очень приятно работать с галереями, а также с аукционными домами Германии. Однако я приобретаю вещи и в Великобритании, Голландии, Швейцарии. Но, безусловно, первое место все же за Германией. Так сложилось исторически, что это страна коллекционеров, они коллекционируют все. Да и просто мне очень симпатичны немцы как люди, приветливые и доброжелательные, с ними приятно работать, они всегда, по возможности, стараются идти навстречу. Хотя, впрочем, самые интересные приобретения были у меня на аукционе «Кристи».

— Какие памятники в итоге заинтересовали Вас на «Кристи» больше всего?

— Конечно же, это была позолоченная погребальная маска греко-римского времени и стела из коллекции Вильгельма Хорна, о которой я уже говорил. За маску шла очень жесткая борьба, но я решился идти до конца, и мне удалось ее приобрести. Так я стал счастливым обладателем этой удивительной египетской реликвии, интерес к которой проявили крупнейшие российские музеи, предложившие мне включить это памятник в одну из выставок. Маска прекрасно сохранилась и стала, как писали в прессе, одной из сенсаций последнего Международного антикварного салона в Москве.

— Когда Вы приобрели маску?

— Это было не так давно, октябрь прошлого года.


Стела с изображением Хатхор, Хора Бехдетского и Хора Шематауи. Известняк. 3-2 вв. до н.э. Из собрания Вильгельма Хорна (1870-1959 гг.). Галерея "Архайос".

— Юрий, у Вас великолепная коллекция коптских тканей, расскажите, пожалуйста, как складывалась история этих предметов?

— Ткани были также приобретены на аукционе «Кристи». Это еще и личная симпатия, что называется, к материалу, поскольку коптские ткани для новых российских коллекций - большая редкость. Лот включал в себя коллекцию из 16 предметов, которые я и приобрел. Сейчас мы полностью подготовили их к экспозиции и представили в галерее.

— Как мы уже говорили, Ваша коллекция достаточно большая и разнообразная. Какие предметы, цивилизация или эпоха вызвали у Вас наибольший интерес?

— Классическая Греция. Тот первоначальный опыт, полученный мной в начале пути, оставил отпечаток и на коллекции. У меня есть греческие памятники, которыми я  готов восхищаться бесконечно.

— Юрий, когда к Вам в руки попадает действительно редкий предмет, то на ваш взгляд, где его место в частной коллекции или же в музее?

— Дело в том, что все музейные собрания начинались с частных коллекций, поэтому их место, как в музеях, так и в частных коллекциях, здесь нет жестких рамок. Однако имеется и небольшая разница: частное собрание более «живое», если так можно выразиться. В музейных фондах десятилетиями хранятся вещи, о которых публика даже не подозревает, и на которые у хранителей порой элементарно не хватает сил и только в частной коллекции можно действительно каждую вещь изучить досконально и, что очень важно, содержать в соответствующих условиях. В музеях, к сожалению, таких возможностей зачастую нет. Но я совсем не являюсь каким-то противником музеев, ведь именно там мы впервые знакомимся с удивительным миром древности. Однако я не согласен с теми людьми, которые утверждают, что древности должны храниться только в музеях. Предмету искусства, на мой взгляд, необходимо жить и переходить из одного собрания в другое, обрастая своей собственной историей и судьбой.

— Вы говорили, что покупаете предметы исключительно на аукционах и в галереях, но если бы  Вам предложили приобрести древность частные лица, Вы бы согласились или же это не в Ваших правилах?

— Я очень осторожно отношусь к этому вопросу и не имею дело с предметами с сомнительной репутацией или историей. К тому же мне вполне достаточно европейских аукционов и галерей. Однако если ко мне обратятся люди с коллекцией действительно достойной и стоящей внимания, имея при этом документацию, подтверждающую легальность и подлинность собрания, то, безусловно, наша галерея будет рада рассмотреть подобного рода предложения.

— Наверняка в Вашей истории были случаи, когда хотелось купить какой-либо предмет, но не получалось по тем или иным причинам?

— Да, сколько угодно. Года три тому назад был аукцион в Германии, где выставлялся египетский саркофаг в очень хорошем состоянии. И вроде бы все возможности были, но что-то мне помешало, и я так и не купил его. На тот момент его цена составляла 25 000 евро. Не знаю, что меня остановило, возможно, тогда я просто еще не был готов к такого рода покупкам. Быть может, решающим были слова аукциониста, который перед продажей лота спросил, неудачно пошутив: «Неужели никто не хочет купить «гробик» к рождеству?» Сами понимаете, после подобного рода высказываний желание пропало.


Слуга, несущий жертвенные дары. Фрагмент росписи панели саркофага. Галерея "Архайос".

— Юрий, поделитесь впечатлениями, когда человек попадает на аукцион, что он ощущает, большую ли роль играет азарт, когда очень сложно себя остановить, или же Вы всегда контролируете свой запас средств и возможностей?

— Да действительно азарт присутствует, но здравый смысл всегда побеждает, да и средства волей не волей ограничивают. Хотя иногда поддаешься этому порыву, а потом хочется вскрикнуть: «О Боже, что же я наделал? Все равно потом придется за это деньги платить» (смеется). Как правило, это происходит тогда, когда идет ожесточенная схватка за какой-либо лот между двумя-тремя участниками аукциона, и в этой борьбе не всегда вовремя можно себя проконтролировать и остановить.

— Что касается приобретения вещей, то здесь многое понятно, а что Вы можете сказать по поводу продажи, насколько трудно расставаться с предметами?

— По-разному. Меняются вкусы, само отношение к предметам. Бывает, от предмета несколько устаешь, а случается и наоборот: вроде бы предмет давно в коллекции, а расстаться с ним не можешь. Моя коллекция, как Вы уже заметили, включает в себя памятники разных культур, то есть в ней есть по два-три предмета-представителя каждой великой культуры древности. Я стараюсь приобретать наиболее ценные и редкие экземпляры, поэтому, когда я вижу что-то, что меня интересует - я продаю старый предмет и покупаю новый, тем самым происходит живое, динамическое движение в коллекции.

— Юрий, был ли у Вас опыт покупки интересных произведений древнего искусства на российском рынке?

— Не совсем покупки, но была очень интересная история: в девяностые годы, я зашел в антикварный отдел Дома Книги на Новом Арбате, где случайно увидел фрагмент египетской фрески, выставленный на продажу, а стоимость его была очень и очень невысока. До сих пор очень жалею о том, что не приобрел ее тогда.

— Юрий, какой бы Вы хотели видеть галерею в будущем? Поделитесь, пожалуйста, своими планами.

— Во-первых, это расширение помещения. Что и говорить: коллекция большая и она требует значительного места. Во-вторых, хотелось бы проводить тематические выставки и другие культурные проекты, позволяющие знакомить более широкий круг людей с предметами древности.

— Вы рассматриваете перспективу расширения Вашей деятельности за рубежом?

— Сейчас об этом довольно сложно что-либо говорить. Существуют разного рода проблемы с таможней, налоговыми органами, к тому же готовится новый закон о ввозе и вывозе культурных ценностей. И когда все станет ясно, тогда можно будет говорить о расширении своей деятельности, в том числе и за рубежом. Антикварный мир очень интересен и непредсказуем, поэтому здесь все возможно. Хотелось бы, конечно, создать среди соотечественников некое сообщество людей, интересующихся древностью не только с позиции извлечения прибыли, но уважающих и ценящих тот мир, который навсегда ушел от нас, но изредка возвращается посредством тех удивительных предметов, которые мы можем увидеть и приобрести как за рубежом, так и теперь у нас в России.

Беседовала Вера Мишулина.

© Ассоциация по изучению Древнего Египта «МААТ»
© Фото – Галерея «Архайос»
  
Назад в раздел новостей
    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013