«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта


  

  

  
Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?

Виктор Лоре: судьба одного египтолога

О  Викторе Лоре — натуралисте, музыканте и великолепном египтологе, чей живой интерес к народной египетской музыке привел к замечательным открытиям, — рассказывает корреспондент газеты «Аль-Ахрам» Джил Камиль.

Есть путешественники, которые не могут устоять перед исследованием мест, куда обычные туристы редко заглядывают. Они не придерживаются установленного маршрута и всегда выходят за рамки составленной программы. Именно таким человеком был Виктор Лоре. Виктору было всего три года, когда к нему в руки попало несколько страниц «Грамматики» Шампольона. Любой другой ребенок не обратил бы на них ни малейшего внимания, но юный Виктор был поражен: что же это за загадочные значки, которые так отличаются от тех, которые обычно читают его родители?..

Лоре родился во Франции в 1859 году. От отца, который был органистом, он унаследовал музыкальный талант. Однако его интерес к Древнему Египту и его странному рисуночному письму не пропал, а, наоборот, рос вместе с ним. Видимо, ему было суждено вместо музыки заняться египтологией; он начинает учебу под руководством знаменитого Гастона Масперо в Ecole des Hautes Etudes и в College de France.

В 1881 году он вместе с Масперо едет в Каир в составе группы Французского института археологии. Там Лоре проявляет себя преданным своему делу и трудолюбивым студентом, без устали копируя древние тексты. Он скопировал и опубликовал тексты многих гробниц Фив — и при этом находил время для занятий музыкой.

Не многие европейские студенты в то время уделяли внимание простым египтянам. Лоре же посетил несколько деревень в окрестностях Луксора и был поражен, обнаружив, что египтяне, как и он сам, любят музыку. Он с удовольствием слушал песни и мелодии, которые они исполняли, отдыхая от работы. Лоре отметил и разнообразие инструментов: «каманга» — инструмент в виде смычка, «най» — похожий на флейту, «ригг» — маленький тамбурин, «дарабукке» — барабан.

При интересе Лоре к ботанике, зоологии и местной музыке нетрудно представить себе, насколько доверительные отношения сложились между французом и египтянами. Неподдельный интерес Лоре к их жизни породил взаимное доверие, плоды которого он тогда вряд ли мог предвидеть...

В 1898 году местные источники тайно снабдили Лоре информацией, которая привела к одному из самых замечательных открытий XIX века — находке гробницы Аменхотепа II (KV35). Впервые была обнаружена гробница, где мумия фараона сохранилась нетронутой в погребальной камере. Усыпальница была разграблена еще в древности, поэтому никакого погребального инвентаря не сохранилось. Но мумия фараона покоилась в своем саркофаге, украшенная гирляндами цветов. Там же лежал его знаменитый лук, бывший гордостью фараона, который не мог натянуть ни один воин его армии и ни один иноземный правитель.

Это было замечательное, но не последнее открытие. Когда Лоре вошел в одну из камер гробницы, он обнаружил три саркофага. Вначале он подумал, что это члены семьи Аменхотепа II, но, вскрыв следующую камеру, обнаружил еще девять саркофагов. Сдув вековую пыль с ближайшего к нему гроба, он смог различить царский картуш Рамсеса IV. Один за другим он исследовал все саркофаги, и на каждом значилось имя одного из великих фараонов Древнего Египта. Всего насчитывалось восемь мумий. Вскоре находка получила свое объяснение: это был царский тайник. Жители местной деревни, с которыми Лоре подружился благодаря своему интересу к музыке, показали ему сокровище, ценность которого даже не представляли. Видимо, когда древние жрецы фиванского некрополя обнаружили, что гробница Аменхотепа II разграблена, они решили, что грабители вряд ли вернутся в опустошенные коридоры. Поэтому они спрятали там тела великих фараонов Египта: Тутмоса IV и его сына Аменхотепа III «Великолепного», а также других, менее знаменитых членов династии Рамессидов: Рамсеса IV, V и VI. Среди них была также мумия сына Рамсеса II — Мернептаха.

Это открытие стало своего рода сенсацией, поскольку со времени открытия Ф. Питри в 1896 году «Стелы Израиля» Мернептах считался «фараоном Исхода», потерпевшим неудачу в Красном море. KV35 стала именоваться «безопасной гробницей», и Лоре наблюдал за ее расчисткой. Свод погребальной камеры поддерживался шестью столбами, в задней части камеры располагался саркофаг фараона. Можно представить себе, как потрясен был Лоре красотой и оригинальностью росписей. Фигуры на стенах (большей частью изображавшие фараона и богов подземного мира) были очерчены по контуру черным цветом, за исключением колонн, ювелирных украшений, поясов и других декоративных элементов, выполненных в цвете. Рельефы были великолепны; стены, выкрашенные в желто-коричневый цвет, покрывал полный, отлично сохранившийся текст книги Амдуат. Возникало впечатление, что к стене был прикреплен настоящий папирус с нанесенными на него иероглифами.

В существовавшей в то время Службе древностей разгорелась жаркая дискуссия относительно того, должна ли мумия фараона оставаться в том месте, где ее нашли, или ее нужно перенести вместе с другими мумиями в Египетский музей в Каире. Лоре считал, что следовало оставить тело усопшего царя покоиться в его гробнице, под ее синим с золотыми звездами небом — и мумия фараона осталась на своем месте.

Спустя три года, в 1901 году, гробница была взломана, а мумию царя обнаружили на полу в ужасном состоянии — грабители пытались разогнуть ее руки, стремясь найти сокровища под складками погребальных пелен. Мумию Аменхотепа II сразу же перевезли в музей.

Лоре был назначен главой Службы древностей в 1897 — 99 годах. За это время ему удалось нанести на карту еще несколько гробниц в Долине царей, помимо тех, которые были уже открыты другими исследователями. Его никогда не обманывала интуиция. Вероятно, он очень хорошо чувствовал природу долины и понял, что фараоны XVIII династии выбирали для своих гробниц низины. А может быть, начальник землекопов поделился с ним своими секретами? Кто знает...

Довольно странно то, что, будучи главой Службы древностей, Лоре не пользовался популярностью. Более того, он умудрился настроить против себя не только зарубежных, но и египетских археологов. Его помощник Эмиль Бругш уподоблял его «двадцати дьяволам».

Лоре был не из тех людей, которым нравится сидеть в офисе. Его мечтой было создать в одиночку монументальный труд — иероглифический словарь, работу над которым он начал в 1884 году. Он изучил все тексты птолемеевского периода, завершил два тома своего труда, что составляло лишь десятую долю намеченного объема, — и тогда наконец понял, что «откусил гораздо больше, чем может прожевать». Интересы Лоре были очень обширны. Покинув Египет, он основал в Лионе школу египтологии, в которой был одним из самых популярных педагогов. Умер Виктор Лоре в 1946 году в почтенном возрасте 97 лет.

© «Аль-Ахрам»
© Авторизованный перевод: Наталия Королева
Редактирование: Анна Шахнович

  
Назад в раздел новостей
    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013