«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта


  

  

  
Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?

“Стальной Сенусерт”
Новый антикварный скандал во Франции

Несколько известных египтологов высказали мнение, что статуя Сенусерта III, приобретенная французской четой в 1998 году, сделана совсем недавно.

Судебные эксперты, тем не менее, признали ее подлинной и суд отказался аннулировать акт купли-продажи. Супруги Пино, позволившие себе столь редкую и дорогую покупку, подали кассацию...

В одной из своих последних работ Кристиан Дерош-Ноблекур настаивает: статуя Сенусерта III, приобретенная супругами Пино, владельцами отеля «Друо», четыре с половиной года тому назад за 5 миллионов франков «своего рода шедевр».

Проблема заключается в том, что супруги Пино не разделяют ее энтузиазм; еще бы, узнав, что их приобретение, возможно, фальшивка, они обратились в суд с требованием аннулировать покупку. Парижский суд рассмотрит дело 10 сентября.

Версия, которую высказывает Кристиан Дерош Ноблекур, дает возможность ознакомиться с несколькими новыми фактами. Продажа статуи была назначена на 10 ноября 1998 года. В каталоге, составленном при участии эксперта Шакиба Слитина, указывалось, что памятник выполнен во времена XII династии. Г-жа Пино еще до даты продаж обратилась к хранителю Лувра, г-же Элизабет Деланж, которая на первый взгляд одобрила покупку. Другими словами говоря, именно слова Деланж убедили супругов Пино приобрести скульптуру.

И тут, словно гром среди ясного неба, несколько дней спустя в «Либерасьон» появляется заявление Дитриха Вилдунга, которому этот памятник предлагали пятнадцать лет тому назад: «Мы отказались от покупки, так как у меня были серьезные основания думать, что статуя сделана в первой половине XX века, увы, нашей эры».

На следующий день супруги Пино обратились к посреднику с требованием принять статую обратно. Чуть позже их адвокат связался с Кристиан Дерош-Ноблекур и попросил ее от имени пострадавшей четы обследовать памятник вместе с Элизабет Деланж. Знаменитая египтолог согласилась. Две дамы выступили в качестве судебных экспертов. Нельзя удержаться и не задать двух вопросов: странно, что супруги допустили к исследованию Деланж, которая совсем незадолго до этого убедила их в сомнительной покупке; еще более странно, что Деланж не отказалась участвовать в повторной экспертизе. В принципе, эксперт может отказаться от участия в работе, если «он до этого консультировал одну из сторон». В итоге, 11 апреля 2000 года, Кристиан Дерош-Ноблекур и Элизабет Деланж официально заявили, что статуя не может быть датирована временем правления Сенусерта III, но, скорее всего, речь идет о памятнике, созданном в память о нем между 1850 и 1720 гг. до н. э.

Этот вердикт должен был бы удовлетворить супругов Пино, однако они все же решили настоять на расторжении сделки. Так что же произошло? Судя по всему, уже после экспертизы, незадачливые супруги связались с руководством Лувра и поинтересовались, не хочет ли музей приобрести статую. Ответ был негативным.

Суд продолжился. Адвокат супругов настаивал, что они рассчитывали приобрести статую, выполненную именно при Сенусерте III и никак не позже. Однако суд отклонил иск супругов Пино. В ответ они высказали крайнее мнение и выразили свое глубокое сомнение в том, что имеют дело с аутентичным предметом. В подтверждение своих слов они предоставили заключение египтолога Люка Ватрина, который разослал фотографии памятника нескольким известнейшим египтологам. Большинство из них усомнилось в подлинности памятника.

Парижский суд проигнорировал это заключение. История о злоключениях с «Сенусертом» продолжилась. Супруги Пино заказали в Лаборатории Франсин-Морер, специализирующейся на научном изучении произведений искусства, полный анализ памятника. Заключение экспертов было категоричным «Эта статуя — современный памятник». Если суд вновь отклонит кассацию, то, пожалуй, в истории египтологии родится новый шедевр: статуя фараона Сенусерта III, древняя с юридической точки зрения и фальшивая с научной.

За комментариями сложившейся ситуации «Ле Монд» обратился к Жану Йойотту, почетному профессору Коллеж де Франс.

— Г-н Йойотт, Вы руководили раскопками в Танисе и являетесь научным консультантом Европейского института подводной археологии. Выступая против экспертов, назначенных судом, Вы считаете, что статуя Сенусерта, приобретенная супругами Пино — фальшивка. Почему?

— Эта история взволновала антикварный рынок, но почти не заинтересовала египтологов. Значимость французского суда не очень велика среди членов научного сообщества, естественно, многонационального.

— Кажется, эта статуя много путешествовала?

— Один антиквар сказал мне, что видел ее в начале 1970-х годов у одного торговца в Каире, а позже у другого в Мединет эль-Фаюме. Можно предположить, что ее подпольно вывезли из Египта в Швейцарию и растаможили, как это бывает, в одном из портов этой страны.

Выставленная в галерее Вельмеллера в Цюрихе, она была предложена различным музеям в Швейцарии, Германии и США Я потерял затем ее из виду вплоть до сентября 1998 года, когда увидел ее в кабинете Шакиба Слитина. Он сообщил мне, что аутентичность статуи была удостоверена Элизабет Деланж. Статуя произвела на меня противоречивое впечатление. Я тогда сказал эксперту: «Пожалуй, Дитрих Вилдунг сможет дать заключение более точное, нежели я сам». Они тогда встретились. Вилдунг объяснил Слитину причины, по которым она похожа на подделку. Зачем было делать такую глупость и выпускать ее на продажу в Друо? Он впутал в сделку президента компании антикварных посредников.

— А почему Вы не захотели обследовать статую лично?

— Я достаточно хорошо знаю сложность тех проблем, что связаны с царской скульптурой XII династии. Однако у меня было много текущей работы, чтобы начинать новое и долгое исследование. Да и потом Вилдунг опубликовал в 1984 году прекрасный труд по памятникам этой эпохи и специально занимался подделками, которым, в частности, была посвящена выставка, организованная им в Мюнхене в 1983 году.

— Вы, следовательно, были консультантом Шахиба Слитина?

— Как и многие из моих коллег, я часто соглашаюсь на просьбы антикваров и экспертов о консультации, чтобы знать, какие памятники проходят через рынок.

В обмен на разрешение сфотографировать их и скопировать надписи, если они есть, я консультирую их и предостерегаю их, если памятник кажется мне сомнительным или если он был украден непосредственно с археологических раскопок. Именно благодаря такой работе две статуи, найденные в Танисе, были возвращены в Египет в 1981 и 1983 годах. В общем, уважая дружбу сообщества негоциантов и антикваров, я знаю, что у профессионалов-египтологов есть предел их профессиональным знаниям, даже если они и были привлечены в качестве экспертов судом.

— Предположите, чем закончится эта «история о Сенусерте»?

— Я, естественно, изучил толстые отчеты Ноблекур и Деланж. Высказанные аргументы и предложенная типология показались мне отчаянно хрупкими, а в общем, все заключение, — безосновательным. Постоянное использование «антропометрических» критериев мне кажется излишним, а долгие рассуждения о стилистике статуй Сенусерта III — не авторскими, а списанными из доступных всем книг. Думается, что на этом фоне четкое и обоснованное заявление Вилдунга должно было вызвать у некоторых особ шок.

В своей автобиографии «Под взглядом богов», Кристиан Дерош-Ноблекур объясняет мнение Дитриха Вилдунга тем, что он не мог сказать, что статуя подлинна, лишь потому, что его учитель Ханс Вольфганг Мюллер, с которым у него разорваны все отношения, подтвердил аутентичность этого памятника. Она пишет, что он «был раздражен, потому что не знал о существовании этой статуи, когда писал свою докторскую по скульптуре Среднего царства». При этом тринадцать с половиной страниц пошли на рассказ об «ограничениях в экспертизе» в заключении экспертного текста. Почти в каждой строке есть неточности и риторические рассуждения, неподходящие аргументы, не нужные рассказы о истории и искусстве этой эпохи.

Впрочем, махинации со «страниц» прошлого эксперта известны, а история о внедрении в Египте железа, ой, простите, там было даже про сталь, пользовалась большим спросом в среде археологов. Этот текст, явно нашептанный чертом, очень сильно страдает отсутствием памяти и нехваткой информации.

— Что Вы думаете о достаточно грубых намеках в сторону Вилдунга?

— Если рассуждать по чести, то никто из исследователей не должен унижать интеллектуальное достоинство своего коллеги, даже если не согласен с ним в выводах. Прекрасные работы Дерош-Ноблекур по спасению памятников Нубии, посвященные Тутанхамону и Рамсесу Великому не дают ей право преступать моральные нормы. Надо сказать к тому же, что Вилдунг был блестящим соперником и конкурентом Кристиан Ноблекур. Мир обязан ему рядом превосходных выставок. Не удивительно, что Германия избрала этого человека, отдавшего себя науке, музеям и культуре, для реструктуризации и возрождения значимости египетских коллекций объединенного Берлина. Его уважает и во Франции: 4 июня 2003 года посмертная честь была оказана Жану-Луи де Сенивалю, гениальному хранителю, который, по сути, сделал из египетского собрания Лувра то, чем оно сегодня является. Именно Дитриха Вилдунга Лувр попросил подготовить экспозицию научного наследия Жана-Луи, которая в итоге была осуществлена с вниманием и элегантностью.

— Что Вы думаете об отчете Люка Ватрина?

— По моему мнению эти страницы нарушили ставшие до ужаса устаревшую систему.

Он опустил вообще вопросы связанные с «натуралистическими портретами» царей, хотя и сам использует бесполезные «антропометрические» принципы. Его доклад проигрывает и тем, что в нем немало частных, необоснованных утверждений.

Однако «опрос», в который он вовлек ученых из разных стран, очень важен.

— В заключении спрошу: вы считаете, что статуя создана современным художником?

— Да. И в этом мнении я совсем не одинок, как это выходит из списка Ватрина, где со мной соглашаются четыре опытных антиквара из Франции и Швейцарии и многие египтологи Лувра, не говоря уже о египетских властях, которые даже не затруднили себя прошением о возвращении на родину «ценного памятника». Я бы на месте «экспертов» послушал экспертов лаборатории и подумал бы, как в следах от абразива, которым полировал памятник художник, вместо ожидаемой бронзы оказалась сталь.

© «Le Monde»
© Авторизованный перевод: Виктор Солкин

  
Назад в раздел новостей
    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013