«Маат»
Ассоциация по изучению Древнего Египта





Хотите получать
новости египтологии
по электронной почте?


Священные камни Ахмима.



Ахмим. Музей на открытом воздухе перед первым пилоном храма Мина.

Ахмим, древний город, расположенный в провинции Сохаг на правом берегу Нила, был некогда обширной и процветающей столицей девятого нома Верхнего Египта. Древнее имя города – Ипу или Хент-Мин давно кануло в Лету, и о городе сегодня знают единицы, – пожалуй, только египтологи-профессионалы. А между тем ещё римский историк Африкан писал в III в. н.э., что огромный город Мина, итифаллического бога плодородия и покровителя Восточной пустыни, был одним из древнейших в стране и обрёл значимость ещё в эпоху, предшествующую власти фараонов над объединённым Египтом.

На этих истоках, уходящих вглубь веков, город рос на протяжении всех тысячелетий истории Египта фараонов, став одним из важнейших центров египетской культуры, существование которого никогда не прерывалось. В эпоху греко-римского владычества, когда официальной, но непризнанной коренными египтянами столицей была Александрия, вельможи Ахмима пытались воссоздать в городе власть фараонов, однако, неудачно.
По-своему, это был последний всплеск древнеегипетской национальной идеи, родившийся в городе древних традиций.

Сегодня Ахмим – это небольшой город, раскинувшийся на вершине холма – телля в окружении почти бесконечной зелени полей, полузабытый верхнеегипетский центр ткацкого ремесла, в котором бывали единицы из европейцев. Приглашение посетить Ахмим, исходившее от помощника губернатора провинции, мы с коллегами приняли с нескрываемым энтузиазмом и вот почему: именно здесь, в зоне закрытой для европейских археологов, таятся совершенно поразительные древнеегипетские памятники, аналоги которым можно найти только среди колонн и колоссов Луксора. Для египтолога, как, наверное, для любого истинного ценителя древнеегипетского искусства, посещение Ахмима – это притягательная и трудноосуществимая мечта.


Колосс царицы Меритамон. Известняк, XIII в. до н.э.

У северо-восточной части города меж редких пальм и акаций стоит колоссальная статуя царицы Меритамон – дочери Рамсеса Великого и его старшей жены Нефертари – по пояс скрытая уровнем современного малоприметного городка, одного из тех, которыми так богат Верхний Египет. Восхитительная статуя, равной которой по совершенству нет среди других колоссальных женских изображений, которые известны нам сегодня от эпохи фараонов, заставила вновь и вновь поражаться совершенству стиля и умению древнего скульптора. На чувственных губах и поясе Меритамон до сих пор хорошо видна красная краска; тело царицы «закутано» в плиссированное льняное одеяние, в её левой руке – парадный скипетр «хетес» в форме удлинённого цветка лотоса; на голове Меритамон – массивный трёхчастный парик, на котором покоится «модиус» из уреев и высокие соколиные перья царицы-богини. Памятник поразительно хорош и когда смотришь на него издалека и когда подходишь совсем близко и поднимаешь голову, глядя, как вновь устремлённая ввысь царская дочь смотрит на Ахмим – город, которого больше нет…

Именно Меритамон вновь открыла миру Ахмим. В октябре 1981 года в пригороде, в местности, известной сегодня как Карм эль-Таур, было начато строительство нового здания. Поразительно, но эта территория никогда не считалась значимой с точки зрения археологии, и разрешение на работы было дано незамедлительно. Лишь случайно инспектор Службы древностей оказался на раскопе, когда на глубине 5 метров из-под земли показался массивный фрагмент обработанного камня, который, судя по всему, мог быть частью «шути» – огромного головного убора статуи царицы или божества в виде двух стилизованных соколиных перьев. Работы по сооружению фундамента почты были с трудом остановлены, – нехватка земли в Египте приводит к тому, что порой при строительстве рабочие закапывают найденные массивные археологические памятники, которые, если о них узнают специалисты, навсегда лишат их вожделенного участка.

Начались раскопки, – рассказывает нам, примостившимся на постаменте статуи Меритамон, египтянин-инспектор. Вслед за каменными «перьями» последовали уреи – священные змеи, покровители царской власти. Только после серьёзной расчистки картина прояснилась: в земле вниз лицом лежала колоссальная семиметровая статуя стоящей царицы, выполненная столь совершенно, что её по праву можно было назвать шедевром древнеегипетского искусства. У ног статуи, разбившейся при падении на несколько частей, лежал огромный храм бога Мина XIII в. до н.э., а поблизости от неё – ещё одна колоссальная статуя, сильно повреждённая, изображающая великого строителя – Рамсеса II. Надписи, сохранившиеся на опорном столбе колосса царицы, открыли, что перед Яхья эль-Масри, египетским археологом, который вёл в те годы раскопки, лежало поразительное изображение старшей дочери Рамсеса II. Меритамон после смерти матери между 24 и 26 годом долгого правления отца стала его «ритуальной супругой», исполняя все храмовые обязанности царицы при дворе Рамсеса. Надписи на колоссальной статуе Меритамон, наверное, превзошли всё, что когда-либо писали об этой царской дочери: «Та, чьё чело совершенно, неся урей; возлюбленная своим господином, великая (жрица) хенеретет, играющая систрами (богини) Мут, играющая менатом (богини) Хатхор, певица (бога) Атума, дочь царя, им любимая, Меритамон. Великолепная ликом, превосходная во дворце, любимица Владыки Обеих земель (т.е. царя); та, что пребывает близ своего господина, словно Сириус близ Ориона. Как прекрасно то, что сказано, когда открывает она уста, чтобы умиротворить Владыку Обеих земель, дочь царская, во дворце господина празднеств!» Эти очень редкие, особенные титулы Меритамон встречались на ещё одном поразительном памятнике – т.н. «безымянной белой царице» из Египетского музея в Каире. Этот небольшой скульптурный портрет царской супруги, выполненный из известняка и богато расписанный, нашёл в 1896 году в развалинах Рамессеума великий британец Флиндерс Питри. Нижняя часть статуи, где было выписано имя, не сохранилась, а потому «белая царица» считалась безымянной супругой Рамсеса II вплоть до счастливой находки колосса Меритамон, на который она была похожа как две капли воды.

Полихромные колоссальные статуи Рамсеса и Меритамон некогда фланкировали проход белоснежных известняковых ворот в первом пилоне храма бога Мина, сооружённом из кирпича-сырца, а потому лежащим в руинах. Известняковые же стены храма, частично разрушенные, но всё ещё сохранившие вертикальные столбцы иероглифических надписей, уходили под землю, скрывая историю древнего храма. Те, что ещё можно было прочесть, повествовали о том, как святилище Мина было обновлено и перестроено в эпоху римского императора Траяна. Однако собственно египетские памятники Ахмима были выполнены столь талантливыми мастерами, что кажется, будто посредственной статуе Венеры, которая была найдена неподалёку и установлена сейчас поблизости от Меритамон в организованном на месте находке парке, здесь не место.

Поговорка, гласящая, что всё новое – это хорошо забытое старое, оказалась для Ахмима непреложной истиной, ведь ещё в XV веке новой эры арабский историк Ибн Джубейр с восхищением описывал огромный храм этого города, известный под названием «Бирба», восторгаясь его роскошными колоннадами, стенами, потолками и каменной скульптурой дворов; по его словам, солнце успело взойти и начало заходить, пока он осматривал руины, а сами они превосходили размерами и великолепием знаменитый храм бога Амона в Карнаке.

Для того, чтобы спасти обнаруженный фрагмент храма от разрушения, было принято решение обнести участок стеной, которая укрепила бы грунт и доходила бы до уровня современной дороги, пересекающей ось храма.
Сегодня, для того, чтобы подойти к Меритамон, необходимо спуститься по нескольким лестничным пролетам под уровень современного города, на плиты, которыми была некогда вымощена площадь перед храмом. Тогда, в далёком 1987 году в процессе закладки фундамента этой стены были найдены ещё две статуи: одна изображала сидящего на престоле Рамсеса II, другая была кубообразным изображением вельможи Нахтмина, верховного жреца Мина, «начальника работ владык Ипу», старшего сына царя XVIII династии Эйе и, скорее всего, отца знаменитой царицы Нефертари, матери Меритамон. Вот почему именно в Ахмиме – родовом городе своей матери – Меритамон была прославлена столь величественно.

Год спустя, в 1988, уникальный колосс было решено вновь поднять.
Подлинный постамент статуи находился в крайне плохом состоянии и не выдержал бы вновь вес царицы. В процессе сооружения нового постамента под тем местом, где стояла Меритамон, проступили очертания непонятной каменной структуры. Одиннадцать каменных блоков и части массивных каменных стен сохранили фрагменты некогда большого изображения жертвенного стола, наполненного приношениями, к которым простирались человеческие рук бога Атона, солнечного диска, воспетого знаменитой реформой Эхнатона и Нефертити. Дочь Рамсеса, как выяснилось, попирала руины святилища ненавистного божества фараона-реформатора, которое, казалось, должно было навсегда исчезнуть, однако история рассудила иначе: отреставрированная Меритамон вновь вознеслась над Ахмимом, а каменные свидетельства «амарнской ереси» заняли своё место в небольшом музее на открытом воздухе.

Однако история с колоссом царицы оказалась лишь началом истории. В 1991 году при строительстве здания почты близ современного мусульманского кладбища, расположенного по другую сторону дороги в нескольких десятках метров от Меритамон, рабочие наткнулись на большой кусок известняка. Камень на деле оказался сильно повреждённой, отбитой головой статуи царицы в таком же уборе, как и первый колосс. Небольшие раскопки неподалёку открыли нижнюю часть огромной сидящей статуи самого Рамсеса. Части этой статуи, которая была выполнена из известняка, некогда имела высоту 13 метров и превосходила размерами знаменитые колоссы Луксорского храма, были разбросаны неподалёку.

Получив специальное разрешение, мы пересекли дорогу и углубились на территорию старого кладбища, предвкушая впечатления. Однако то, что мы увидели, превзошло все ожидания и, безусловно, опубликованные фотографии. Нижняя часть статуи Рамсеса была погружена в пористый коричневый грунт, словно в болото, не желающее отдавать свою добычу.
Превосходный белый известняк сиял на фоне грунта, испещрённого сколами керамических черепков, иероглифические надписи на царском престоле были совершенны, как и изящные фигуры цариц-дочерей – Бент-Анат и вновь Меритамон, которые, словно утомлённые, прижимались к ногам статуи отца, сжимая в руках знаки царского достоинства. Попытки ранних христиан построить на этом месте церковь были бесплодными, пострадал лишь помешавший вандалам Рамсес, на восстановление колосса которого уйдёт много лет: верхнюю часть статуи старательно уничтожали металлическими орудиями, однако дошли только до уровня пояса, так как массив нижней части был слишком велик. Двухметровое лицо этого гиганта, к счастью, хорошо сохранившееся, также лежало поблизости и сегодня защищено от грабителей и погоды специальным укрытием.
Поразительно! Новые скульптурные образы великого царя и его спутниц стояли во втором дворе того же самого храма, вход в который нашли в 1981 году, на расстоянии 56 метров от первого пилона. Его центральная ось уходила под кладбище, а уровень сохранности статуй позволяет предположить, что древнее святилище всё ещё можно спасти.

О сокровищах Ахмима заговорили местные жители, и тогда произошёл ещё один важный эпизод этой невероятной и при этом малоизвестной истории.
Один из мародёров, которые искали золото в современных могилах кладбища, вооружившись помощью родственников, начал копать грунт под мусульманскими погребениями. Провалившись в отверстие под могилой, он обнаружил… ещё одну колоссальную голову статуи Рамсеса II. Слухи, которые поползли по городу, семье гробничного вора скрыть не удалось, и египетскими властями вновь были предприняты раскопки, чтобы открыть миру ещё один шедевр. Это последнее событие стало особенно значимым, поскольку именно после него египетский парламент по поручению президента Хосни Мубарака выделил 23 миллиона египетских фунтов, чтобы перенести мусульманское кладбище в место эль-Кайсар, на юге расположенного поблизости Сохага и, наконец, начать работы по спасению сокровищ Ахмима.


Дейр Амба Шенуда. Внутренний двор.

Впрочем, «Бирба» Ахмима – это не единственное сокровище провинции Сохаг. Район, который стал одним из крупнейших центров распространения раннего христианства в Египте, изобилует древнейшими монастырями, которые, с одной стороны, сами являются памятниками всемирного значения, а с другой – стоят на древнеегипетских святилищах и порой даже состоят частично из камней, сохранивших имена фараонов. Наверное, самая известная местная христианская святыня – это «Белый Монастырь», или Дейр Амба Шенуда, расположенный в 25 километрах к северо-западу от Сохага среди пустынных холмов западного берега Нила. Укреплённый комплекс монастыря был известен, прежде всего, своей уникальной библиотекой, которая вплоть до XIX века оставалась для исследователей тайной за семью печатями. Кодексы с редчайшими религиозными текстами и вновь использованные гражданские документы были спрятаны в небольшой «тайной комнате» в подземелье главной монастырской церкви, куда только лишь в 1883 году допустили выдающегося французского исследователя Гастона Масперо. Увы, у собрания свитков была грустная судьба: во второй половине XIX века французские авантюристы во главе с печально известным «археологом» Эмилем Амелино, напоив монахов почти до беспамятства, выманили у них большую часть библиотеки, перепродав её позже в Национальную библиотеку Франции и другие европейские музеи и библиотеки, в частности, в Российскую национальную библиотеку в Санкт-Петербург. «Белый Монастырь» так и не восстановил утраченное; а ведь среди тех текстов, что покинули Египет навсегда, были и древнеегипетские папирусы из Ахмима, разрезанные на страницы и скреплённые в кодексы. Поверх древнеегипетских текстов были написаны христианские книги на коптском языке.

Монастырь появился неожиданно, словно призрак на пустынной площади, отходящей от жилых домов к западу, к скалистым утесам. Две массивные башни ворот, охрана, лениво потягивающаяся под солнцем и вот перед нами главное сооружение монастыря – массивная церковь, сооружённая в середине V в. н.э. Высокие, толстые стены из белого известняка с окнами, напоминающими бойницы, с одной стороны защищали церковь от нападений, превратив её в подобие крепости, а с другой – дали знаменитому монастырю его имя. Сверху стены увенчаны подобием классического древнеегипетского закруглённого карниза, который вместе с небольшим углом наклона стен внутрь создаёт впечатление несомненного внешнего сходства церкви и храма эпохи фараонов. Внутри ограды, которая некогда имела шесть дверных проходов (большинство сегодня заложено), в наши дни находятся руины древней базилики с массивными римскими колоннами, которые некогда рухнули вместе с деревянной крышей и хорами. Стены устояли, и сегодня сама церковь – это небольшой предел на месте древнего святилища в восточной части сооружения, сохранивший удивительно суровую и нетронутую атмосферу монастыря. Главное святилище церкви разделено в наши дни на три части и посвящено деве Марии, святому Георгию и святому Шенуде, основателю обители.
Полустёртые босыми ногами молящихся ступени входа, архаичная, хорошо сохранившаяся роспись сводов и какое-то особенное поверженное величие этого места невольно заставляют задуматься о сути времени и самом человеческом существовании. Трудно поверить, что расцвет этого места приходится на VI в. н.э. Позже, с трудом пережив арабское нашествие, монастырь стал медленно угасать и неоднократно подвергался разорительным набегам арабов. Как гласит легенда, в VIII веке арабский управляющий областью Аль-Касим Ибн Убейд Аллах ворвался в монастырь верхом вместе со своей наложницей, сидевшей в седле другого коня.
Войдя в базилику, конь наложницы рухнул замертво вместе со своей наездницей, после чего «Белый монастырь» стал пользоваться некоторой неприкосновенностью и, одновременно, дурной славой у живших поблизости мусульман. Впрочем, можно ли доверять христианским легендам, ведь согласно ещё одной из них великий змей, олицетворяющий собой бога-творца и спящий, по древнеегипетскому преданию, под холмом Ахмима, всего лишь… воплощение демона Асмодея. Менялись эпохи, божества становились по людской прихоти демонами, разрушались старые святыни и возводились новые, – в Египте история человечества видна лучше, чем где бы то ни было ещё.


Блоки из храма Репит в Уаннине,
вмонтированные в стены и перекрытия «Белого монастыря».

Однако главное сокровище «Белого монастыря» заключено непосредственно в стенах его центральной церкви. Блоки белого известняка, красного и серого гранита, вмурованные в стены, происходят из расположенного неподалёку величественного храма богини Репит (совр. Уаннина), сооружавшегося на протяжении VI-I вв. до н.э. Блоки камня, всё ещё покрытые иероглифическими надписями и изображениями, были вмонтированы во внешние и внутренние стены церкви беспорядочно, часть изображений так и не была, к счастью, сбита.


Фрагмент фриза с изображением головы бога Беса из храма Репит.
Двор «Белого монастыря».

Мы ходили по двору церкви и выискивали древние блоки с надписями, словно драгоценные камни. То там то тут раздавался возглас, и мы шли смотреть на новое поразительное изображение, разбирая знаки надписи и поражаясь увиденному под одобрительные кивки спутников-египтян. Кто бы мог подумать, что большинство из шести проходов церкви фланкировано гранитными блоками, сохранившими обрамлённые картушами престольные имена фараонов XXVI династии Априя и Амасиса; в кладке стен там и тут видны головы древних богов, мерно идущие ноги участников божественных процессий и, наконец, тексты, тексты, тексты, прославляющие имена, забытые в веках…


Полную версию статьи Виктора Солкина «Священные камни Ахмима», в сопровождении четырнадцати уникальных авторских фотоснимков, читайте в новом выпуске журнала «Восточная коллекция» (4, 2007), с. 148-156.


© Текст, фото: Виктор Солкин
© «Восточная коллекция»
© Ассоциация по изучению Древнего Египта «МААТ»


Назад в раздел новостей

    Техническая поддержка: Сергей Трилис, Максим Яковлев © Ассоциация «МААТ», 2001–2013